Право голоса: почему женщины должны рассказывать истории человечества

На протяжении многих веков (и по многим причинам) признанный творческий гений обычно исходил из мужской точки зрения. Как указывает театральный режиссер Джуд Келли в своём выступлении, это искажение влияет на то, как мы интерпретируем даже невыдуманные женские истории и права. Она считает, что есть более полезный, более ёмкий способ взглянуть на мир, и призывает художников – женщин и мужчин – рисовать, писать о них, снимать фильмы и представлять общество, в котором есть гендерное равенство.

Почему мы считаем, что истории, рассказанные мужчинами, считаются универсальными, а истории женщин – просто о женщинах?

Моя бабушка ушла из школы, когда ей было 12 лет. У нее было 14 детей. Моя мама ушла из школы, когда ей было 15. Она была секретарём. Я окончила университет, чтобы стать театральным режиссёром, и этот прогресс полностью связан с фактом, что люди, с которыми я никогда не встречусь, боролись за женщин за права, за голоса, за образование, за прогресс. И я намерена делать то же самое, и, очевидно, вы тоже. Почему нет?

Таким образом, я основала фестиваль под названием WOW, Women of the World, семь лет назад, и сейчас он проходит в 20 странах на пяти континентах. И одна из этих стран – Сомалиленд в Африке. Я ездила туда в прошлом году, и посетила пещеры Laas Geel. Эти пещеры содержат одни из самых старых наскальных рисунков в мире. Кажется, что эти картинам приблизительно 9 000 – 11 000 лет.

Искусство: то, человечество творило с тех пор, как начало развиваться. Это то, как мы говорим о себе, как мы понимаем нашу идентичность, как мы смотрим на наше окружение, как мы узнаем друг о друге из-за смысла нашей жизни. Для этого и существует искусство.

На маленькой картине была изображена девочка, немного похожая на меня в детстве. И я подумала, кто же нарисовал её, такую радостную и юную? Я спросила у куратора пещер: «Расскажите мне о мужчинах и женщинах, которые их разрисовали». Он косо посмотрел на меня, и сказал: «Женщины не делали эти рисунки». И я ответила: «Ну, это было 11 000 лет назад, откуда вы знаете?»

Он сказал: «Женщины не делают этого. Мужчины оставляли эти следы, а женщины – нет».

Я не была удивлена, потому что это то отношение, которое я видела всю свою жизнь как театральный режиссёр. Нам говорят, что божественное знание приходит через мужское начало, будь то имам, священник, раввин, святой человек. Точно так же нам говорят, что творческий гений преобладает в мужчинах, что именно мужественное сможет рассказать нам о том, кто мы на самом деле, что мужчина будет рассказывать универсальную историю от имени всех нас, тогда как женщины-художники на самом деле просто расскажут о женском опыте, о женских проблемах, актуальных только для женщин, и об увлечении мужчинами. И если мы не готовы полагать, что женские истории действительно имеют значение, тогда и права женщин не имеют особого значения, и никаких изменений не может произойти.

Я хочу рассказать вам о двух примерах историй, которые считаются универсальными: «Инопланетянин» (1982 г., режиссёр Стивен Спилберг) и «Гамлет».

Я взяла двух своих детей, когда они были маленькими – Кэролайн было восемь лет, а Робби было пять – посмотреть «Инопланетянина» Это фантастическая история маленького пришельца, который попадает в американскую семью с мамой, двумя братьями и сестрой, но он хочет вернуться домой. Кроме того, очень плохие ученые хотят провести с ним какие-то эксперименты, и они ищут его. Итак, у детей есть план. Они собираются забрать его на космический корабль как можно быстрее, пускают его в корзину для велосипедов, и уезжают. Но, к сожалению, злодеи узнали об этом, у них есть сирены, у них есть оружие, у них есть громкоговорители, и они догоняют их. Но вдруг, по волшебству, велосипед взлетает в воздухе, над облаками, над луной.

Я повернулась, чтобы увидеть лица своих детей. Робби был в восторге: он там, с ними, он спасает инопланетянина, он счастливый мальчик. Затем я поворачиваюсь к Кэролайн – она плачет. На мой вопрос «В чем дело?» она казала: «Почему я не могу спасти инопланетянина?» И тут я вдруг поняла: на экране были не дети, а мальчики – только мальчики. И Кэролайн, которая так переживала за инопланетянина, не была приглашена спасти его, и чувствовала себя униженной и отвергнутой.

Поэтому я написала Стивену Спилбергу: «Я не знаю, понимаете ли вы психологическую важность того, что произошло, и готовы ли вы оплатить за счета за терапию?» Двадцать лет спустя я всё ещё не получила от него ни слова, но я все еще полна надежды.

Стивен говорит очень определенно: «Я хотел, чтобы мир понял, что мы должны любить и принимать различия». Но почему-то он не включил идею о различии девочек. Ему казалось, что он пишет историю обо всем человечестве. Кэролайн считала, что он изолирует половину человечества. Ему казалось, что он пишет рассказ о человеческих добродетелях; она думала, что он пишет о героическом приключении парня.

И это распространено. Мужчины считают, что им дали право говорить от имени всех, но как могло быть иначе? Они пишут из мужского опыта глазами мужчины. Мы должны сами посмотреть на это. Мы должны быть готовы пройти через все наши книги и наши фильмы, все наши любимые вещи и сказать: «На самом деле, это написано художником-мужчиной, а не художником. Мы должны увидеть, что многие из этих историй написаны через мужскую перспективу, что прекрасно, но тогда у женщин должно быть 50 процентов прав на сцену, фильм, роман, место творчества.Женщины в искусстве: дайте право творить

Позвольте мне рассказать о «Гамлете». Быть или не быть – вот в чем вопрос. Но это не мой вопрос. Мой вопрос: почему меня, как молодую женщину, учили, что это был типичный пример человеческой дилеммы и человеческого опыта? Это замечательная история, но на самом деле речь идет о молодом человеке, опасающемся, что он не сможет стать могущественной фигурой в мире мужчин, если не отомстит за убийство своего отца. Он много говорит нам о том, что самоубийство – это вариант, но реальность такова, что человек, который фактически совершает самоубийство, Офелия, после того как она была унижена и оскорблена им, никогда не получает возможность поговорить с аудиторией о своих чувствах.

Это замечательная история, но это история о конфликте мужчин, мужской дилемме, мужской борьбе. Но мне сказали, что это история людей, несмотря на то, что в ней было только две женщины. И если я не перевоспитаю себя, я всегда буду думать, что женские истории менее важны, чем истории мужчин. Женщина могла бы написать «Гамлет», но она написала бы иначе, и это не получило бы глобального признания. Как сказала писательница Маргарет Этвуд: «Когда человек пишет о том, как делать посуду, это реализм. Когда женщина пишет об этом, это печальная генетическая предрасположенность».

Это не просто то, что относится к прошедшему времени. Когда я была девочкой, отчаянно желавшей стать театральным режиссером, мой лектор сказал мне: «В Британии есть три женщины-режиссёра. Есть Джоан Найт, лесбиянка, есть Джоан Литтлвуд, которая ушла на пенсию, и есть Базз Гудбоди, которая покончила с собой. Итак, кем из этих троих вы бы хотели стать?»

Он хотел унизить меня. Он думал, что это глупо, что я хотела быть режиссером. Вы думаете: «Ну, теперь всё уже по-другому». Боюсь, это всё ещё не так.

Нынешний глава Парижской консерватории недавно сказал: «Для симфонии требуется большая физическая сила, а женщины слишком слабы».

Художник Георг Базелитц сказал: «Женщины не умеют рисовать. Ну, по крайней мере, они не умеют рисовать хорошо».

Писатель В.С. Найпол сказал: «Я могу прочитать два абзаца и сразу узнать, написано ли это женщиной, и я просто перестаю читать, потому что это недостойно меня».

Мы должны найти способ устранить у молодых девушек и женщин чувство не только того, что их история не имеет значения, но и того, что они не могут быть рассказчиками. Поскольку, как только вы почувствуете, что не можете стоять в центральном пространстве и говорить от имени мира, вы почувствуете, что можете делать предложения небольшой группе избранных. Вы будете делать меньше работы на меньших сценах, ваша экономическая мощь будет меньше, ваш охват аудитории будет меньше. И мы, наконец, даём художникам эти невероятные, выдающиеся пространства в мире, потому что они наши рассказчики.

Королева говорит: женские истории

Наконец, почему это имеет значение для вас, если вы не занимаетесь творчеством? Предположим, вы бухгалтер или предприниматель, или медик, или ученый. Должны ли вы заботиться о женщинах-художниках? Однозначно должны, потому что, как вы можете видеть из пещерных рисунков, все цивилизации, все человечество полагается на художников, чтобы рассказать человеческую историю, и если человеческая история наконец будет рассказана мужчинами, поверьте мне на слово, это будет история о мужчинах.

Так что давайте творить изменения. Давайте внесем изменения во все наши институты, а не только на Запад. Не забывайте – это сообщение о неспособности женщин к творчеству передаётся девушкам и женщинам в Нигерии, Китае, России, Индонезии. Во всем мире девочкам и женщинам говорят, что они не могут, наконец, удерживать идею творческого вдохновения. И я хочу спросить вас: вы верите в это? Вы верите, что женщины могут быть творческим деятелем?

Пожалуйста, идите вперед, поддерживайте женщин-художников, покупайте их работы, настаивайте, чтобы их голоса были услышаны, найдите платформы, на которых будут звучать их голоса. И помните: в некотором смысле, если мы пройдем этот момент мира, где мы знаем, что мы неравны, художники представят другой мир. И я призываю всех художников, женщин и мужчин, представить себе гендерно-равный мир. Давайте нарисуем это. Давайте писать об этом. Давайте это снимать. И если бы мы могли себе это представить, тогда у нас была бы энергия и выносливость, чтобы работать над этим.

Когда я вижу эту маленькую девочку, жившую 11 000 лет назад, я хочу знать, что девочка теперь может стоять и думать, что она имеет право на свои мечты, она имеет право на свою судьбу, и она имеет право говорить от имени всего мира, признана и слышит апплодисменты.

Читайте также:

Смелость лучше совершенства: действовать, несмотря на страх ошибки